Феодалы и временщики хозяйничали, как хотели, устроив бессовестный дележ богатств страны. Алчность и безрассудство их при этом не имели предела. А ведь экономика Китая и без того переживала серьезные затруднения, так как ослабление и разорение крестьянства вызвало рост стихийных бедствий. Ведь крестьянин не успевал уследить за дамбами, канавами и водоемами, часто сеял не вовремя и не вовремя убирал хлеб, ему недоставало удобрений для своего поля, не было сил помочь общине в борьбе с саранчой. Дворы и деревни пустели, люди переживали жестокую нужду, часто лишавшую их даже надежды сохранить семью и жизнь. Недаром доклады некоторых чиновников, главным образом из Северного Китая, описывают жуткие картины массового вымирания населения и потрясающих бедствий народа. [...]

Острые противоречия в китайском обществе вызывали не только мощные восстания крестьян и городских низов, но и породили напряженную политическую борьбу и столкновение противоположных мировоззрений. В минской империи против идеализма, религиозной мистики, против схоластики и господствовавшей» неоконфуцианской 2 идеологии, против старинной, косной системы просвещения и застывших, официально признанных форм в искусстве выступили многие ученые, писатели, философы и даже чиновники.

Если еще в начале XVI в. единственным способом выразить общественное мнение служила система подачи письменных докладов на имя текших с тех пор лет полон хотя бы уж потому, что невиданное дотоле развитие получило издательское дело.

В столице и любых мало-мальски крупных горо дах появились частные издательства. В типографиях, где изготовлялись ксилографы, т. е. книги, напечатанные с текста, искуснейшим образом вырезанного на специально обработанных торцовых досках, стал использоваться также и наборный шрифт. В одном Пекине тогда существовало 11 частных издательств, которые выпускали только периодические сборники наподобие газет. Можно предположить, что число выходивших в свет произведений было по тому времени очень значительным. Имена некоторых книгоиздателей, как например Фэн Мэн-луна (1574—1646), приобрели повсеместную известность. [...]

В мастерских и на мануфактурах осуществлялась такая детализация процесса производства, что каждый работник был занят определенным делом. Прядильщики только пряли нити установленного качества и образца, ткачи специализировались по сортам материи; для окраски ткань отдавали в красильни. На частных, а иногда и казенных мануфактурах мастеров и работников нанимали. В таком крупном городе, как Нанкин, существовало нечто подобное рынку труда. Утром можно было видеть, как работники определенной специальности собираются в установленных пунктах города, ожидая найма. Известно, что оплата на казенных мануфактурах была чаще всего поденной и очень низкой, хотя именно казенные мануфактуры достигали значительных размеров, облаДая несколькими сотнями станков. Частные предприятия были меньшими по размеру, но лучше организованными, быстрее совершенствовали технику, сокращали процесс изготовления товаров, и оплата труда в них была более высокой. [...]